мы не знаем, сколько впереди времени, поэтому стараемся ничего не откладывать на завтра

Казанов Леня

Леня борется с раком. Из-за расположения опухоли была проблема с кашлем – кашлевой рефлекс куда-то пропал. Леня заболел, мама что только ни делала, чтобы помочь ему — щекотала под носом пером и давала дышать перцем – Леня начинал если не кашлять, то хотя бы чихать, дышать становилось легче. Но 28 декабря 2016 года ничего не помогало, комок застрял в дыхательных путях, Леня посинел, а губы почернели. 10-15 минут медсестра пыталась его откачать, мама стояла рядом и с каждой минутой теряла надежду. 

Леня пришел в себя отделении реанимации. Один. Маме в реанимации находиться сказали что не положено. Согласились пускать только на кормление. Три раза в день мама готовит дома еду и едет в больницу. Еда стала своеобразным пропуском к Лене. Вчера, например, Леня заказал шпроты. Мама старается кормить Леню как можно дольше. Час, а иногда целых два часа. Но время все равно заканчивается очень быстро. И Леня снова остается один.

С тех пор как поставили трахеостому, Леня не может кричать или громко разговаривать, только шепчет. Чтобы подозвать медсестру, чмокает или цокает, но в основном приходится лежать и ждать, когда медсестры подойдут сами. Медсестры спрашивают: «Леня, у тебя все хорошо, тебе ничего не надо?». Говорят, Леня в реанимации самый примерный пациент — у него всегда все хорошо и ничего не надо. Но это на самом деле это не совсем так. Когда приходит мама, Леня плачет и умоляет забрать его скорее домой. Говорит, что больше не может жить под диснеевские мультики, которые смотрит круглосуточно его соседка по реанимации. Говорит, что очень хочет увидеть свою собаку Дэника. Мама каждый день снимает Дэника на видео и показывает Лене на телефоне, но это не то. Еще Леня не успел выучить проценты по математике, а в реанимацию учителя не ходят.

Когда только поставили диагноз, мама боялась, что однажды Леня спросит: «Мама, почему я на коляске, а другие дети бегают?». Но оказывается это такая ерунда по сравнению с тем, что случилось теперь. Теперь Леня спрашивает маму: «Как я буду дышать?».